Проснулся Томми с тяжестью в голове и холодным металлом на шее. Цепь приковала его к стене сырого подвала. Последнее, что помнил — шумная вечеринка, а теперь вокруг тишина и запах старого дерева. Его похитил не какой-то бандит, а спокойный с виду отец семейства из соседнего дома. Мужчина заявил, что хочет "исправить" Томми, сделать его порядочным человеком.
Первой реакцией парня была ярость. Он рванул цепь, пытался выбить дверь. Думал только о силе, о том, как даст сдачи. Но его тюремщик не отвечал агрессией. Просто приносил еду, говорил тихо и смотрел с каким-то странным сожалением.
Потом в подвал стали наведываться другие. Жена того мужчины, их дети. Они разговаривали с Томми, как со своим. Рассказывали о простых вещах — о книгах, о том, как растут цветы в саду, о том, почему важно держать слово. Сначала Томми лишь огрызался, делал вид, что слушает, надеясь усыпить бдительность.
Но дни шли. Грубые слова стали даваться труднее. В их голосах не было злости, только какое-то упрямое, глупое терпение. Он ловил себя на том, что иногда ждет их шагов по лестнице. Что в его ответах прорывается не только мат, но и вопросы. Мир за стенами подвала, который раньше был понятен как кулак, начал расплываться, приобретать другие очертания. Томми уже и сам не мог понять — он просто играет роль, чтобы вырваться на свободу, или что-то внутри него и вправду сломалось и стало по-другому.